СССР. Начало пути к звездам…
//«Путевка в жизнь» (Н.Экк, 1931)

постер «Путевка в жизнь» (реж. Николай Экк, 1931)
«Путевка в жизнь» (реж. Николай Экк, 1931, СССР): «…1923 год, в стране идет борьба с голодом и разрухой; тысячи осиротевших, беспризорных детей скитаются по городам; создается трудовая коммуна, в которой их должны собрать и перевоспитать…».
 

 
Иконопись открытых лиц. Открытых нашему взгляду до предельно воз­можной боли сочувствия, сострадания, несогласия с несправедливостью мироздания… до предельно же возможной радости материнской любви, отцовской гордости, уверенности в человеческом благородстве и силе свободного духа…

Бьющий с экрана экстаз размаха труда сотворения нового мира и раскрытия всей сияющей высоты, спасенного из плена темного прошлого, юного человека будущего…

Фильм-фреска, фильм-плакат, фильм, бьющий наотмашь остротой деталей вечных сюжетов и, одновременно, открывающий новые горизонты возможного в никогда прежде не виданном размахе задач, которые поставила себе, загоревшаяся безумной мечтой о достижимости всеобщего земного счастья, моя страна

Невозможная в своей всепобеждающей вере в возможности человека улыбка товарища Сергеева (Николая Баталова). Невозможная… но вот она — есть. Вот этот смех, эта открытость, эта уверенность в своих и наших силах, для которых нет никаких преград.
Вера в человека. Вера в Человека. Вера до самопожертвования. Которым — вот чудо евангелия 20 века — и рождается тот человек, который достоин и этой веры, и этой жертвы.

 

. . .

 

Да, человек слаб. Да, человек смертен. Да, случайность правит нашей обыденностью… вплоть до болезни, вплоть до помутнения рассудка, вплоть до смерти.
Вот начинается самый счастливый день в семье — день рождения выросшего сына. Влюбленные лучащиеся глаза матери не могут насмотреться на своё чудо. Отец возносится над нелегкой обыденностью счастьем гордости. Сын купается в гармонии мира…
Одно нелепое столкновение, несколько сантиметров неудачного падения и ничего этого нет. И ничего не поправишь.
Это невозможно принять. В это невозможно поверить. Это не может быть.
Навсегда ненужный стакан воды в окаменевших руках сына. Остановившийся взгляд отца. Деловитые, убийственно медленные движения медицинской бригады — «Мы мертвых не лечим»…
Мир рухнул. Мира больше нет. Лохмотья души отца не могут принять, что мир вокруг продолжает быть. Глаза отказываются видеть, что все не рухнуло вместе с её жизнью. Мир предал его — а он отомстит ему медленной смертью своего Я в фантазмах алкогольного пойла. Мир предал — но и сын его предал — как он может выглядеть таким же каким был. Как он может спать, как он может слушать своё радио — когда мир рухнул!
А потом сын пропал. И наступила трезвость. Трезвость горя еще большей потери. Потери от действий своих рук…

Это короткий эпизод фильма — вводная часть истории, которая приближает судьбу сирот к тем семьям, которые спят в своем самодовольстве комфорта, построенном на песке эгоистичного самообмана в прочности — «мы же правильные, не то что они»… Эпизод — чтобы разбудить.
Эпизод-плакат — не допускающий даже тени мысли о пошлости и банальности — потому что не бывает такой высоты искренность пошлой и банальной.

А «гулящая» девочка с сифилом… А упившийся Васька-Буза, убивающий свою собаку и пошедший крушить всё вокруг, ведь «уже всё равно»… А Фомка-Жиган, властелин изнанки мира, ради доказательства своей власти строящий бордель в лесу…

А Мустафа-Ферт — бьющая через край уверенность в своей фартовости, означающая хождение по самому краю. Максимализм самоуверенности до самоотречения. Радость жизни несущейся вперед убежденности в своей счастливой судьбе, которую ты сам же еще и еще подталкиваешь…

(Когда твоё Я, твоя самость, твоя душа живет только из себя — целостная без трещин, без зазора, без тени сомнения — заполняя всё собой до целого твоего мира — мир без тебя для тебя не мыслим — ты веришь в свою удачу [что прямо тождественно твоей вере в свое существование, а что может быть несомненнее], потому что так устроен мир и по-другому быть не может — веришь настолько, что без колебаний кидаешь всю свою жизнь ради других, которых ты сам, самовластной волей хозяина вселенной, решаешь защищать и оберегать…)

 
Все эти истории и лица бьют в зрителя самой сильной правдой — правдой искренней веры художника — умеющего свою искренность не предать компромиссами и косорукостью.

 

. . .

 

Фильм-призыв. Фильм-проповедь. Фильм — гимн христианству, запретившему так себя называть.
Превознесение новых святых, новых монахов — творящих посюсторонний рай, спасающих вокруг себя малых сих, борющихся с посюстсторонними чертями…

Фильм 1931 года —  мастерская игра светом и тенью, игра эмоций и ожиданий, игра страха и надежды, игра жизнью и смертью?
— Нет! Это были не игры.

Фильм — как и эпоха, его родившая — они оттуда, где играться в игры перестало быть интересным, где игры в царя горы и игры в бисер выпали из списка сколь-нибудь стоящих занятий человека, — а вместо них разворачивалась самая серьезная что ни на есть Работа — работа оплачиваемая всей жизнью — работа над реальностью, чтобы её взнуздать и поставить на службу — чтобы она сейчас и навсегда перестала быть игрой случая, а стала гарантией непрерывно возрастающего счастья бытия человеком.

Получилось ли это у наших дедов-прадедов?
— Нет. Но ведь еще не вечер. Парижская коммуна продержалась 72 дня. Советская власть — 73 года…

Никакой порыв человеческого духа не бывает напрасным, пока живы те, кто помнит о нем и продолжает хоть в каком-то виде его.

 

P.S.
Прототипом коммуны из «Путевки в жизнь» была Болшевская трудовая коммуна. Коммуна и, перенесенный ранее из Петрограда, Орудийный завод фактически положили начала городу, который мы сейчас все знаем как Королёв — крупнейший в России наукоград, космическая столица России.

 
 

Кадры из фильма:

 
 

 
 

Продолжение разговора в других декорациях см. в статьях // фильмах:

■ Лучший мир из возможных на Земле…
//«Семеро смелых» (Сергей Герасимов, 1936)
■ Правда о нашей Революции и Спасении…
//«Трилогия о Максиме» (Григорий Козинцев, Леонид Трауберг, 1934-1938)

■ неКрасные дьяволята…
//«Ноль за поведение» (Жан Виго, 1933)
■ Зло не ходит по улицам под бой барабанов…
//«Четыреста ударов» (Франсуа Трюффо, 1959)
■ Разумные существа — существа бесчеловечные, человек — это любовь…
//«Забытые» (Луис Бунюэль, 1950)

■ О тех, для кого чужая боль больнее…
//«Чучело» (Ролан Быков, 1983)
■ Человеческое сердце — всегда больное сердце…
//«Нежность» (Эльёр Ишмухамедов, 1966)

■ Восторг быть пришельцем…
//«Человек ниоткуда» (Эльдар Рязанов, 1961)
■ СССР. Страна как жизнь…
//«Застава Ильича» (Марлен Хуциев, 1959-1988)
■ Как снять Правду о войне, что даст силы, когда до победы еще так далеко?… //«Два бойца» (Леонид Луков, 1943)

 
 

Тексты также публикуются и обсуждаются на странице Facebook «КиноКакПовод», в жж 4elovek-zritel, на КиноПоиске и канале Яндекс.Дзена — присоединяйтесь!

Добавьте свой комментарий

(для комментирования выберите аккаунт Facebook, ВКонтакте или Google или введите имя и e‑mail ниже)

получать уведомления об ответах


«КиноКакПовод» — тексты на экзистенциальные темы,
тексты не “про кино” — не пересказы сюжетов, не искусствоведческие (де)конструкции, не выискивания “зашифрованных смыслов” и, тем более, не собирание околокиношных баек;
каждый фильм здесь — начало разговора — повод и помощь в разби­рательстве с «жизнью и смертью, судьбой и свободой, другими и собой…»;
большинство фильмов здесь — [горькое] лекарство для души, честный взгляд на человека, шанс выйти за границы теперешнего себя.
«Соломенная шляпка»(1974)

Трезвый оловянный солдатик, или Гимн “неверности” как основе общежития…
//«Соломенная шляпка» (1974)

Фильм — шедевр среди учебных пособий завершающего класса начальной школы воспитания жизнью. Когда все правила уже выучены и приходит пора узнать — чтобы жить человеком эти правила необходимо нарушать — нарушать не разрушая…

«Обыкновенное чудо» - фильм Марка Захарова (1978)

О беспредельной доброте Леонова, что победила бесчеловечность в пьесе…
//«Обыкновенное чудо» (1978)

В пьесе Евгения Шварца другой финал был приготовлен и для Администратора, и для Короля — финал, не оставляющий шанса подарить им любовь, а значит не оставляющий шанса увидеть в каждом из них человека…

«Дикая собака динго» (режиссер Юлий Карасик, 1962, СССР)

Мы – это первая яркость наших вечных чувств…
//«Дикая собака динго» (1962)

…все мы — дети, нам очень-очень хочется не забывать это, нам горько, когда пелена времени начинает скрывать первую яркость распускавшихся в нас чувств, мы раз за разом будем пытаться прожить подлинность наших первых шагов в Мир — мы всегда будем создавать истории о подлинных нас и обжигать себе сердце ими…

«Старики-разбойники» (реж. Эльдар Рязанов, 1971)

Зачем быть честным, если скоро умирать?…
//«Старики-разбойники» (1971)

Он потерял всё: работу и её смысл, семью, дом, здоровье, остроту ума… Его уже нет. Жизнь развеялась как дым — пара лет, пара месяцев, а, может, дней и всё… Да? Нет! Его бестолковость — это не порождение немощи или надвигающегося маразма — но жизнь в мудрости…

«Семеро смелых» (Сергей Герасимов, 1936)

Лучший мир из возможных на Земле…
//«Семеро смелых» (С.Герасимов, 1936)

Масштаб мечты начала XX века поражает. Завораживает и зовет. Мечты, которая не осталась в головах фантазеров, а подняла массы, была принята миллионами и выдернула человечество из забуксовавшего в кровавой каше эгоистичного капитализма в настоящее будущее…

«Спасти мистера Бэнкса» - «Saving Mr. Banks» (реж. Джон Ли Хэнкок, 2013)

Плоды жизни, что проходит не так…
//«Спасти мистера Бэнкса» & «Мэри Поппинс»

…фильм смог добавить и к диснеевскому, и к советскому мюзиклам недостающие измерения — раскрыть «сказку о лучшей и всемогущей няне» до трагической полноты многомерности жизни…

«Кон-Тики» - «Kon-Tiki» (реж. Хоаким Роннинг, Эспен Сандберг, 2012)

В защиту колумбов. Экзистенциальная речь о людях par excellence…
//«Кон-Тики» (2012)

Они яростно верили в себя. Колумб обманул всех. Тур Хейердал повел за сказкой… Но человека ведет не ложь – ведут мечты, грёзы…
Уходя в горизонт, мы ищем только свой мир. Мы идем за свободой. Мы уплываем в себя – туда, где нас не будет дергать за ниточки мелочное чужое. Мы стремимся к любви…

«Четыреста ударов» - «Les quatre cents coups» (Франсуа Трюффо, 1959)

Зло не ходит по улицам под бой барабанов…
//«Четыреста ударов» (1959)

Мы, в своих утешающих фантазиях, всегда хотим думать, что зло творят злодеи. Что есть такие специальные люди, которые живут и думают — как бы сейчас сделать зло. … Реальностью же является то, что нет никакой метки на человеке, который буквально в следующий миг совершит зло.