Трезвый оловянный солдатик, или Гимн “неверности” как основе общежития…
//«Соломенная шляпка» (1974)

«Соломенная шляпка» (реж. Леонид Квинихидзе, 1974) - Андрей Миронов, Зиновий Герд - фильм (фото, кадр)
«Соломенная шляпка» (реж. Леонид Квинихидзе, 1974, по пьесе Эжена Лабиша 1851 года — «Un chapeau de paille d’Italie»).
 

 
Назад тому сто лет случилась эта штука,
Случилась эта штука, случилась эта штука,
В ней может правды нет, в ней может правды нет,
Но в ней своя наука, но в ней своя наука.

 

Фильм — шедевр среди учебных пособий завершающего класса начальной школы воспитания жизнью. Когда все правила уже выучены, все правильные отношения между мужчиной и женщиной уже узнаны, но приходит пора узнать — чтобы жить человеком эти правила необходимо нарушать — нарушать не разрушая.

Главный герой фильма, конечно же, — хромой отставной солдат/ всегда отсутствующий сторож/ никогда не успевающий посыльный в гениальном исполнении Зиновия Герда.
Он видит только то, что есть. Он бунтует против нарушения провозглашенных и записанных правил. Он твердо знает последствия всякого своего состояния. Ему предельно тяжелы расплывчатые условности жизни среди других людей, которые к тому же постоянно нарушаются.
Когда-то он знал и другое — он помнит, что когда-то и сам был почти другим — почти опьяненным жизнью — совсем недолго, но достаточно, чтобы мочь увидеть обе стороны, хотя и не мочь вернуться назад — в почти детство, в условность, в сказку, в теплоту милого обмана…
Теперь же он — протрезвевший навсегда от опасностей сжигающей любви, одноногий оловянный солдатик, который выжил в огне и для которого правда мокрой рубашки, последствий сквозняков и мелочности игры в социальную иерархию стала горьким, и по всем признакам, пожизненным приговором.

Фильм в маскараде простоты дарит возможность посмотреть на мир глазами этого, вот почти уже пережившего себя, оловянного солдатика, чтобы увидеть, как мир людей для людей может быть и мучительно разным, но и всегда может стать другим; чтобы пройти с его героем путь до прозрения возможности освобождения из любого самозаточения, а может быть и до покойной радости принятия бытия в любых узах, сплетающих нас…

 

Герой гениального Миронова — не менее значимый персонаж и фильма, и мира, но он лишь первый среди «всех» — он блестящая вершина и образец того большинства, что так тщательно пытается жить по полной «науке жизни».

Сокрытия, недоговоренности, полунамеки, обещания, в выполнение которых не верит ни одна из сторон, красивые обертки горьких истин… лишь все это позволяет нам выживать среди других людей, а другим людям терпеть таких невыносимых нас…

Стулья, шторы, кареты, шляпки… их вещественность раздавила бы всякого, если бы он не вырывался хотя бы в мечтах, хотя бы мимолетом в объятия «другого» — в другую жизнь, в которой всегда приоткрывается призрачная, но такая манящая, возможность самому стать другим…

И наконец, есть еще один важнейший герой, которого многие не опознают таковым, хотя именно он олицетворяет кульминацию фильма , — это… глухой дядюшка. Он — лучший родственник, лучший компаньон и лучший собеседник. Ведь он любит. Это видно — он очень любит всех, кто с ним заговаривает. И в этой своей любви он настоящий мудрец. Ведь содержание слов не важно. Важно быть вместе и обращаться к душам друг друга. Поверх слов. И именно он — глухой дядюшка — приносит спасение всем. Как и должно быть. (Спасибо за эту роль Александру Бениаминову.)

Человечность живет в зазоре между правилами.
Если между правилами не остается зазора, то человек исчезает, превращается в социальный механизм. Но если и зазор разрастается, сминая правила, разрывая их безвозвратно, то и сам зазор исчезает, и правила, а вместе с ними делается невозможным сосуществование людей как людей — во всей их слабости и силе.

 

А еще в фильме прекрасен образцовый офицер-“африканец” Игоря Кваши — ему так скучны эти навсегда пресные будни провинциальной жизни, но он демонстративно страстно тянет свою лямку интриги и чести, как тянул бы вверенный ему отряд в длинном переходе между сражениями.

Прекрасна дама его сердца Екатерины Васильевой, притворяющаяся полной дурой, чтобы снять с себя ответственность, и так и быть, принять готовое решение.

Чудесен муж-рогоносец Ефима Копеляна, который, получив вещественно-подтвержденную отговорку-индульгенцию чуть не от всего города, пойдет с удовольствием дальше парить свои ноги и гонять доступную горничную Ирины Могуто.

Профессиональна и трагична модистка Людмилы Гурченко, знающая себе цену, но и не пропускающая клиента в свой последний сезон распродаж (и совсем не из-за расчетливости своей, а потому, что все еще ждет и будет ждать до конца — а вдруг… вдруг, несмотря ни на какой голос свыше про фатальное отсутствие мест для нее в дилижансе судьбы… у неё все еще получится дождаться своего счастья).

Превосходно туп и одновременно философичен слуга Феликс (Владимир Татосова), олицетворение сборника законов, которые всегда бьют мимо без живого понимания происходящего, но и могут примерить людей с происходящим…

А еще замечательны аристократы-бездельники баронесса и виконт Алисы Фрейндлих и Михаила Козакова — аутичные безделушки из навсегда ушедшей эпохи — скрепляющие прошлое с настоящим.

Ну и папаша невесты Владислава Стрежельчика с его миртовым деревом, которое упорно рифмуется не с невестой Марины Старых (которая в фильме прекрасно никакая — пустое место, которое будет заполнено мужем или, скорее, в которое муж будет засосан навсегда), а с самим Фадинаром Андрея Миронова.
Папаше необходимо обязательно посадить в надежное место с постоянным подкормом и поливом (24 франка в день, ага) и свою дочь, и её непутевого, но все равно привечаемого им, т.к. по виду очень плодовитого, будущего племенного э… мужа.

 

. . .

 

«В каждом человеке сидит негодяй», но соломенная шляпка опять на прекрасной головке, и мир людей — славных людей — с их слабостью, никчемностью и любовью, все-таки пробивается сквозь корку души бывшего оловянного солдатика и он благословляет и их, и себя…

 

Соединение сердец —
Старинное приспособленье.
Вот-вот уж, кажется, конец,
Но смотришь — снова потепленье.

Вот, кажется, пришла пора,-
Разрыв почти увековечен.
Но то, что кажется с утра,
Преображается под вечер.

Соединение сердец —
Старинное приспособленье.
А если впрямь настал конец,
Какое, к черту, потепленье?

И если впрямь пришла пора,
Все ухищрения напрасны.
Что было — сплыло со двора,
А мы хоть врозь, но мы прекрасны.

И в сладкий миг, и в скорбный миг
Теряют всякое значенье
Все изреченья мудрых книг
И умников нравоученья.

Понятны только нам двоим
Истоки радости и муки,
И тем живем, на том стоим
И утешаемся в разлуке.

(текст песни, как и всех других в фильме –  Булата Окуджавы)

 
 

«Соломенная шляпка» (реж. Леонид Квинихидзе, 1974) - Андрей Миронов - фильм (фото, кадр)

 
 

«Соломенная шляпка» (реж. Леонид Квинихидзе, 1974) - Зиновий Герд - фильм (фото, кадр)

 
 

Кадры из фильма:

 
 

 
 

Продолжение разговора в других декорациях см. в статьях // фильмах:

■ Шекспир: «Много шума из ничего». Два фильма — советский и британо-американский. Такие разные…
//«Много шума из ничего» (Самсон Самсонов, 1973)
■ Комедия поколений — отрыв, взлет, ампутация… подражание, съемка…
//«Taking off» (Милош Форман, 1971)
■ О беспредельной доброте Леонова, что победила бесчеловечность в пьесе… //«Обыкновенное чудо» (Марк Захаров, 1978)
■ Достаточно ли миллиарда, чтобы заполнить пустоту на месте веры в человечество? // «Золотой телёнок» (Михаил Швейцер, 1968)
■ Зачем быть честным, если скоро умирать?…
//«Старики-разбойники» (Эльдар Рязанов, 1971)

 
 

Тексты также публикуются и обсуждаются на странице Facebook «КиноКакПовод», в жж 4elovek-zritel, на КиноПоиске и канале Яндекс.Дзена — присоединяйтесь!

КОММЕНТАРИИ К СТАТЬЕ // ФИЛЬМУ :

  1. [избр.комментарии с zen.yandex.ru/kinokakpovod]:

    1. [Ел Аг]
      Да, если так смотреть, то без героя Зиновия Герда и песенки Гурченко про «делижанс судьбы», все становится очень-очень пресно и пустно…
      А так фильм — весьма и весьма философичен…

    2. [A A]
      …Эх, друг мой, Аркадий… не говори красиво…

      `
      Re: [A A]
      …так фильма такая…

      `
      Re: Re: [A A]
      если в этом смысле, то тогда, действительно, по-другому нельзя )

Добавьте свой комментарий

(для комментирования выберите аккаунт Facebook, ВКонтакте или Google или введите имя и e‑mail ниже)

получать уведомления об ответах


«Спасти мистера Бэнкса» - «Saving Mr. Banks» (реж. Джон Ли Хэнкок, 2013)

Плоды жизни, что проходит не так…
//«Спасти мистера Бэнкса» & «Мэри Поппинс»

…фильм смог добавить и к диснеевскому, и к советскому мюзиклам недостающие измерения — раскрыть «сказку о лучшей и всемогущей няне» до трагической полноты многомерности жизни…

«Назад в будущее» - «Back to the Future» (режиссер Роберт Земекис, продюсер Стивен Спилберг, 1985-1990)

Сладкая отрава для [вечных] подростков, или Почему невозможность путешествия во времени – это хорошо…
//«Назад в будущее» (1985‑1990)

Этот фильм любим всеми. Его невозможно не любить. Фильм — мечта «отличника» и «хорошиста» — ты получаешь всё, просто потому, что ты «учился в школе»; всё, что от тебя требуется — это продемонстрировать то, что в тебя вдолбили, на что тебя натаскали… Оказываясь в прошлом (мечтая оказаться в прошлом) — герой [мечтаний] получает подавляющее преимущество только из факта обладания своим, уже имеющимся у него, «темпоральным телом»…

«Старики-разбойники» (реж. Эльдар Рязанов, 1971)

Зачем быть честным, если скоро умирать?…
//«Старики-разбойники» (1971)

Он потерял всё: работу и её смысл, семью, дом, здоровье, остроту ума… Его уже нет. Жизнь развеялась как дым — пара лет, пара месяцев, а, может, дней и всё… Да? Нет! Его бестолковость — это не порождение немощи или надвигающегося маразма — но жизнь в мудрости…

«Нежность» (реж. Эльёр Ишмухамедов, 1966)

Человеческое сердце – всегда больное сердце…
//«Нежность» (1966)

Наше больное сердце выбрасывает нас из механичности событий и дарит счастье. Счастье узнать то, что больше всех механизмов пространства и времени вместе взятых. Счастье смотреть на весну, счастье видеть радость других и проживать его как своё. Счастье любить и видеть любовь других.
И счастье понимания чуда жизни человеком. Чуда, которое не может не быть хрупким. Самым хрупким из существующего. Которое надо беречь во что бы то ни стало. До конца, до последнего удара сердца.

«Золотой телёнок» — фильм 1968 года по одноименному роману Ильи Ильфа и Евгения Петрова. Режиссер и автор сценария: Михаил Швейцер .

Достаточно ли миллиарда, чтобы заполнить пустоту на месте веры в человечество?.. //«Золотой телёнок» (1968)

Бухгалтер Корейко получал зарплату в 42 рубля. Средняя зарплата для похожей должности в 2019 году по России — 40 тыс. руб. — так что мечта Остапа Бендера о «миллионе на тарелочке с голубой каемочкой» в наших реалиях — это один миллиард рублей…

«Кон-Тики» - «Kon-Tiki» (реж. Хоаким Роннинг, Эспен Сандберг, 2012)

В защиту колумбов. Экзистенциальная речь о людях par excellence…
//«Кон-Тики» (2012)

Они яростно верили в себя. Колумб обманул всех. Тур Хейердал повел за сказкой… Но человека ведет не ложь – ведут мечты, грёзы…
Уходя в горизонт, мы ищем только свой мир. Мы идем за свободой. Мы уплываем в себя – туда, где нас не будет дергать за ниточки мелочное чужое. Мы стремимся к любви…

«Дикая собака динго» (режиссер Юлий Карасик, 1962, СССР)

Мы – это первая яркость наших вечных чувств…
//«Дикая собака динго» (1962)

…все мы — дети, нам очень-очень хочется не забывать это, нам горько, когда пелена времени начинает скрывать первую яркость распускавшихся в нас чувств, мы раз за разом будем пытаться прожить подлинность наших первых шагов в Мир — мы всегда будем создавать истории о подлинных нас и обжигать себе сердце ими…

smiatenie-chuvstv-1977-pr1 - фильм (фото, кадр)

"Сама себя не похвалишь – никто тебя не похвалит". О трагедии некоммуникабельности чувств и слов…
//«Смятение чувств» (1977)

Фильм Павла Арсенова и Александра Володина в 77 своих минутах поразительно лаконично и точно разворачивает человеческий мир некоммуникабельности чувств и слов. Делает это деликатно и с, казалось, невозможной для этой “темы” теплотой, то есть так, как это не удалось сделать Антониони или Вендерсу…

«Четыреста ударов» - «Les quatre cents coups» (Франсуа Трюффо, 1959)

Зло не ходит по улицам под бой барабанов…
//«Четыреста ударов» (1959)

Мы, в своих утешающих фантазиях, всегда хотим думать, что зло творят злодеи. Что есть такие специальные люди, которые живут и думают — как бы сейчас сделать зло. … Реальностью же является то, что нет никакой метки на человеке, который буквально в следующий миг совершит зло.