Победить смерть…
//«Седьмая печать» (И.Бергман, 1957)

Вызывают смех/неприязнь/гнев у адептов одного культа адепты другого, когда последние используют свои поддельные обряды, чтобы добиться милости богов…

Вызывают смех/неприязнь/гнев у нас, просвещенных детей Науки и последователей самых последних методов Здорового Образа Жизни, жалкие попытки грязных обитателей средних веков победить Смерть…

Когда приходит Смерть, любой деятельный человек бросает все свои силы, чтобы Бороться. Смерть самый сильный противник — и методы борьбы с ней надо применять самые сильные — ведь терять уже нечего — в бой надо бросать всё что есть.

Что было у средних веков? Найти ведьму, которая привела в добропорядочные (а потому не заслужившие смерти) селения массовую смерть. Найти ведьму (тут главное не пропустить — и если полоумная девчонка говорит, что знается с дьяволом, то тем хуже для неё) и сжечь её.

Еще использовать самые сильные вещества (которые, и это логично, сильнее всех испускают запах), чтобы отпугнуть приводящих смерть.

Еще нужно взять самую достоверную литературу по Смерти, которая известна человечеству, и как можно более строго следовать инструкциям из неё. Причем, лучше переусердствовать, чем сделать недостаточно и оставить лазейку для Смерти. Поэтому берём Библию и делаем всё как надо — максимально часто возносим молитвы, как можно быстрее направляемся по святым местам и качественно умерщвляем плоть.

Тут главное все делать правильно и не бояться трудностей — нельзя бояться боли — ведь ясно, что чем сильнее будешь себя бить, чем тяжелее выберешь деревянный крест и как можно дальше его протащишь, тем больше гарантии, что твои усилия принесут плоды и ты победишь смерть или, если это вдруг не получиться, то у тебя в запасе будет утешительный приз — приличное послесмертное существование.

Для тех, кто не столь искусен, остается еще опция сбежать — взять все свои манатки и спрятаться в замке (бункере), укрепленном по последнему слову техники, или же просто — убежать как можно дальше в глухие места.

Ну а самые пропащие пусть плюнут на всё и пытаются урвать последние удовольствия в свои последние дни — пусть пьют, жрут и тешут свою похоть. Но на то они и пропащие — они не способны следовать самым достоверным инструкциям, которые известны человечеству, а потому сдохнут первыми…

Вдруг, если кто не понял, то текст выше — это ирония. Горькая. Текст выше — попытка напомнить о полной структурной тождественности инструкций «по борьбе со Смертью» из Средневековья и современных нам инструкций «по пожизненной борьбе с отодвиганием сроков прекращения жизнедеятельности», основанных на «достижениях науки», «ЗОЖ», «правильном питании» и пр.

А весь этот дисклеймер — желание еще раз сказать, что прибавка в 20+ или даже 30+ к «средней продолжительности жизни», ликвидация нескольких относительно простых биологических зараз, перенос кладбищ с глаз долой городских жителей etc. — ни разу не повод думать, что фильм Бергмана — это о туземцах, которые жили сотни лет назад, а не про нас. Про нас он, про нас — про смертных.

. . .

А что рыцарь и его игра? А он всё понял сразу. Смерть пришла. Он был к ней готов. Давно. Он ехал с войны. Весь страх, вся боль, всё несогласие, все слезы, крик и отчаяние — все это было и есть. Только зачем это всё произносить вслух. Зачем всё это длить.

В душе разрастается рана несбывшегося. Но он уже большой мальчик. Слезами делу не поможешь. Ничем не поможешь. Так зачем же шуметь… Ноги пока ходят. Слова тоже складываются сами в бесплодные вопросы.

Ну может быть разве что уйти красиво? Вечная красота последнего жеста.

Оставить себе немного времени на пристальное вглядывание в сплетение судеб — чужих и своей — без всякого шанса их расплести и понять «как же было бы правильно»… Это ведь и есть доступная всем игра со смертью — игра со смертью как финалом.

Проехать среди родных мест, среди своего рода-племени. Может быть ненадолго внести чуть-чуть человечности в бесчеловечность механики человеческого общежития, объятого пожаром массовых смертей. И если повезет утешить кого-то из малых сил.
А может быть… может быть твое последнее и такое, конечно же, слабое усилие станет тем камешком, тем взмахом плаща, что тронет весы судьбы и спасет хотя бы одну семью. Спасет, конечно же, ненадолго — но такими малыми шагами только и длит свою историю род людской. Историю любви.

Кадры из фильма:

 

Последнее отчуждение…
//«Красная пустыня» (М.Антониони, 1964)

Обман и Правда человеческого существования…
//«Четыре ночи мечтателя» (Р.Брессон, 1971)

Огонь полноты бытия, что питает и сжигает…
//«Огни варьете» (Ф.Феллини, 1950)