Конец вечности детства…
//«Когда я стану великаном» (И.Туманян, 1979)

«Когда я стану великаном» (реж. Инна Туманян, в гл.р. Михаил Ефремов, 1979) - фильм (фото, кадр)
«Когда я стану великаном» (реж. Инна Туманян, в гл.р. Михаил Ефремов, 1979, СССР): «…в школьном театре ставят пьесу Эдмона Ростана “Сирано де Бержерак”, а в самой школе есть восьмиклассник Петя Копейкин, который сам пишет стихи, страдает от своего малого роста и влюблен… ».
 

 
Фильм обязателен для показа детям и подросткам от 10 лет и старше. Фильм — один из лучших проводников в мир поэзии, в мир влюбленности, в мир прекрасной сложности «почти взрослых чувств» — в мир растущей и пытающейся узнать себя человеческой души.

Смотреть этот фильм нужно вместе со своими детьми. Смотреть этот фильм нужно глазами детей и подростков — взглядом, которым руководят сильнейшие и одновременно предельно спутанные чувства — чувства сверхэгоистичные и жертвенные; фатально слепые и настолько прозорливые, что прокладывают путь для всей дальнейшей жизни; жестоко-манипулятивные и в тот же момент абсолютно не расчетливые…

И еще нужно отбросить весь контекст того, что происходило или могло происходить на или вне съемочной площадке и погрузиться в мир на экране.
Поэтому не будем обсуждать ни обстоятельства создания фильма, ни подбор и качество актеров, ни, тем более, их дальнейшие судьбы и морально-политические взгляды — режиссура и актеры в фильме ровно настолько хороши, насколько необходимо чтобы быть неуродующим стеклом в смутном окне истории душ.

Будем смотреть прямо и наивно. Будем смотреть всем тем, что в нас осталось / что мы еще помним о себе — тех, кто когда-то ходил в школу — место, что тогда казалось самой большой и важной частью из всего существующего мира и что теперь кажется таким маленьким его закутком. Впрочем, теперь, есть подозрение, всё, что мы — «взрослые» — можем увидеть в нашем и чужом детстве — будет лишь реконструкцией археологов по немногим оставшимся черепкам навсегда ушедшего мира — т.е. будет лишь нашей фантазией о прошлом.

 

. . .

 

Быть ребенком легко. Времени много — очень много. Ты бежишь и тебе интересно то место, куда бежишь. Ты разговариваешь и тебе очень интересно то, о чем ты разговариваешь. Ты мечтаешь и твои мечтания это самое важное, что сейчас с тобой может происходить. Ты скучаешь и эта скука так сильна, что заставляет тебя ходить по потолку… и пройдет целых две минуты, прежде чем обязательно что-то случится… и ты уже забыл, что это такое «скука» — ты бежишь, ты болтаешь, ты мечтаешь…

Быть поэтом легко. Весь мир вокруг — он твой. Он только и ждет, чтобы ты, именно ты, про него сказал. И все должны услышать это твоё слово и раскрыть рот от удивления. Самое важное, что только происходит — происходит здесь и сейчас у тебя в душе и все должны прекратить заниматься ерундой, должны не мешать — должны дождаться, чтобы услышать и стать счастливыми от тех слов, что рождаются у тебя в душе…

Быть другом легко. У него есть дело к тебе и ты бросаешь все, чем ты занят и его дело становиться твоим. У тебя есть идея и ты бежишь, выдергиваешь друга из его дурацких, совсем ненужных сейчас ему занятий, и вы уже вместе бежите, хватаете, обсуждаете и начинаете делать эту идею. Вы рядом — и темы для разговоров есть всегда — вы даже не знаете, что это такое — темы для разговоров — вам просто всегда есть, что обсудить — очень много есть, что обсудить — лишь бы эти дурацкие «обязанности» не прервали вас…

 

…А потом время берет тебя за шкирку и начинает вытягивать тебя из детства. И ты понимаешь, что смотрел и не видел, что говорил и не произносил ничего своего, что был рядом с кем-то и не понимал, что рядом был другой, а не копия тебя. Ты начинаешь становиться человеком — тем, кто обречен на возможность быть отчужденным, неудачливым, одиноким…

Ты можешь спрятаться в игру в «справедливость». Но это лишь выходки человечка, который отказывается признать, что люди могут быть разными и внутри большинства из них намешаны отнюдь не геройские порывы, что их гаденькие червоточинки в их душах не означают, что они должны быть приговорены навсегда и что они не могут жить с ними, бороться с ними и даже «приносить пользу»…

Ты можешь спрятаться в игру «в любовь». Но ты не знаешь, что это. Это для тебя лишь слова из книжек. Ты видишь во внезапно выросшей девчонке не юную женщину (ты не знаешь, что это такое, и она не знает, что это такое — не знает, но уже живет и пытается примирить то, что уже примирить будет никогда не возможно — то, кем она была совсем недавно и то, кем она уже стала), а друга по детским играм, друга по разговорам, друга, с которым можно заняться чем угодно и будет всегда весело. Ты не видишь, что «просто веселье» — это уже навсегда не из её мира.
А её мир это — ожидания, надежды, страхи, влечение, жар и холод, страдание, разочарование, боль, слезы, эйфория, восторг, ужас, страх, потери и мечты, мечты, мечты…

Ты не ревнуешь, ведь ты еще не знаешь что это — тебе «просто» жутко обидно, что все не может быть как раньше, когда ты был центром мира для всех — когда ты думал, что ты центр мира для всех.

Твой мир трещит по швам, но он еще может быть прежним, ты еще здесь — в детстве, а она уже нет — она уже другая. Она еще помнит, что было всё очень просто — ей очень хочется назад в тепло солнечного утра, но её, помимо её воли, вынесло уже на простор жаркого дня. Она даже может отказаться от «неудачного предмета любви» — того, к которому её влекло и кто не давал заснуть допоздна — но это не вернет её назад. Её тащит в новый мир. Может быть в этот её мир вынесет и прежнего друга детства и тогда они сплетутся в новое одно, но он для этого должен стать другим, так же как она уже стала другой…

 

А пока «юный поэт» цепляется за свой прежний уходящий мир. За своих поклонников, которым от него нужен уже не он как он, как это было прежде, а нужна выгода. Он, «с его чуткой душой», вдруг замечает то зло, что творится и что сам творит… замечает несчастье взрослых не патетическим горем, а обыденным ежедневным несчастьем — и это для него новое. Он еще может своей выходкой что-то поменять, но лишь на миг — одинокие останутся одинокими, лживые лживыми, несчастные несчастными…

Быть взрослым значит быть (иметь возможность быть) отстраненным от всего в том числе и от себя — это ужас, но это и шанс увидеть ситуацию, в которой ты разыгрываешь какую-то роль, «со стороны» — шанс не совершить зло в состоянии «искреннего порыва» — не причинить боль своей слепотой «наивного ребенка».

Ты «дарил» свои стихи «сопернику» потому, что он был не соперник — а товарищ «по игре в любовь» и хороший шанс проверить действенность единственного, что для тебя как поэта ценно (и в этом ты уже стал взрослым) — того, что действительно ты Сам — твоих творений — твоих стихов.
Когда же ты первый раз в своей жизни разглядел, что твоё «благородство» принесло всем боль — ты сел в лифт с одной кнопкой — вверх — во взрослую жизнь — прочь от вечности детства — прочь в обреченную судьбу всех людей на дереве мира — созреть, быть одному, сорваться вниз и … — судьбу с ежесекундными мечтами о другом…
 

 
 

«Когда я стану великаном» (реж. Инна Туманян, в гл.р. Михаил Ефремов, 1979) - фильм (фото, кадр)

 
 

Кадры из фильма:

 
 

 
 

Продолжение разговора в других декорациях см. в статьях // фильмах:

■ Жизнь впервые…
//«Не болит голова у дятла» (Динара Асанова, 1974)
■ О тех, для кого чужая боль больнее…
//«Чучело» (Ролан Быков, 1983)
■ (Бес)человечная притча о свободе, лошадях, детях и рае…
//«Белая грива: Дикая лошадь» (Альбер Ламорис, 1953)
■ Мы – это первая яркость наших вечных чувств…
//«Дикая собака динго» (Юлий Карасик, 1962)

■ о Зове, тяжести Дара и (не)предательстве Себя…
//«Приходите завтра» (Евгений Ташков, 1962)
■ Зачем быть честным, если скоро умирать?…
//«Старики-разбойники» (Эльдар Рязанов, 1971)
■ О том, что дает силы жить…
//«Патерсон» (Джим Джармуш, 2016)
■ "Сама себя не похвалишь, никто тебя не похвалит": о некоммуникабельности чувств и слов…
//«Смятение чувств» (Павел Арсенов, 1977)

 
 

Тексты также публикуются и обсуждаются на странице Facebook «КиноКакПовод», в жж 4elovek-zritel, на КиноПоиске и канале Яндекс.Дзена — присоединяйтесь!

КОММЕНТАРИИ К СТАТЬЕ // ФИЛЬМУ :

    1. [1]
      Я помню силу своих переживаний, когда смотрел этот фильм. Теперь уже много лет назад…
      Тогда я, конечно же, почти полностью ассоциировал себя с главным героем, а в конце был уверен, что «она всё поняла» и всё с момента, на котором заканчивается фильм, будет совсем по-другому…
      Да, я был очень наивный… )

      `
      Re: [2]
      мы все были очень наивными…
      как и все только приходящие в этот мир
      и это прекрасно

    2. [Driver Pete]
      Теперь этот фильм смотрится уже иначе … совсем другие смыслы и акценты проступают сквозь эту печальную историю.

      `
      [КкП]
      Driver Pete, точнее всё-таки, наверное, сказать, что не фильм смотрится иначе, а мы, принуждаемые реальностью, обречены продлевать видимое нами в фильме по одной всегда возможной линии с большей отчетливостью, чем по другим.

      Дети вырастают — и что из них вырастает, и как их задатки и собственные усилия потом сплетаются с судьбой — и не угадываемо, и не предопределено — к ужасу, и к счастью…

      И конечно же, сказанное — сказано о героях фильма и том, что мы через них видим в жизни и себе.
      И ни в коем случае не сказано, что разыгрываемая актером роль (и уж тем более актером-ребенком), которую когда-то зафиксировали на пленке, хоть как-то существенно меняется из-за того, что происходит с актером спустя десятилетия.
      Собственно, нет худшего пути в восприятии произведения искусства, чем отождествление даже писателя с героями его романа или режиссера с его фильмом, а уж про актеров вообще что тут говорить…

      `
      [Driver Pete]
      КкП, Со всем Вами сказанным я согласен. Но это не отменяет и того, что сказал я. Уточняет — да, наверное. Но не отменяет.
      Невозможно смотреть фильм отстраненно и отвлеченно. Впечатление от фильма, так или иначе, перемешивается с накопленным личным опытом и изменившейся реальностью.
      А относительно именно этого фильма — изменилось слишком многое: уже нет той страны, нет во мне той детской наивности, тех надежд и ожиданий, которые провоцировал фильм. Иначе воспринимается и главный герой. И дело не в том (не только в том), во что превратился Миша Ефремов. Дело, в первую очередь, во мне самом, разумеется.

      `
      [КкП]
      Driver Pete, всё конечно так…
      Моя реплика была в основном продиктована опасением, что ваш комментарий продолжает тот легкий путь реакции, который распространен у очень многих, когда из-за трагического события (не случайного, конечно, поскольку к этому всё шло), вина за который лежит на актере/авторе, начинают делать весьма далеко идущие выводы о качестве его ролей/произведений.
      (Мне тут пришлось поудалять несколько особо нечленораздельных комментариев этого сорта.)
      Рад, что Ваш первый краткий комментарий был неправильно мной проинтерпретирован )

      `
      [Driver Pete]
      КкП, я так и понял, что все дело в том, что я слишком лаконично оформил свой первый комментарий и могло сложится впечатление, что моя рефлексия связана именно с ситуацией вокруг Ефремова.
      Но это был просто мой элегический вздох, не более того.

      Хотя, чего уж там, история жизни Ефремова тоже сыграла свою роль. Но уж точно не самую главную — фильм от этого, уж конечно, хуже не стал и сыграл он там замечательно.
      Но невозможно мне было не оглянуться самому назад, туда в 1979, когда мне было 17, и сравнить с собой нынешним. Тоже самое и про Ефремова — глядя на этого мальчика на экране невольно сопоставляешь с … но это ли не дополнительное (если не главное) свидетельство того, что фильм замечательный?

      Теперь, умудренным взглядом, я не могу не отметить в этом мальчике, читающем Хармса, некоторые черты, которые явно настораживают и даже кажутся мне теперь неприятными, но это тоже лишь подчеркивает художественную и социальную состоятельность фильма и отличное исполнение роли. В нем оказалось заложено намного больше смыслов, чем в обычной подростковой киношке, и виной этому — неординарный образ главного героя.

      На самом деле, я считаю, что ничего лучше Михаил Ефремов так и не сыграл. Во всяком случае, ни одна его роль никогда больше так не западала в мою душу. Даже близко к этому ничего из его послужного списка (на мой взгляд, сильно переоцененного) я не припомню, если говорить о силе эмоционального воздействия и о том насколько экранный персонаж способен повлиять и даже в чем-то поменять меня (зрителя).
      Наконец, он заново открыл тогда для меня Хармса — уже только за это я буду благодарен ему (фильму) всегда 🙂

      `
      [КкП]
      Driver Pete, подписываюсь под каждым абзацем)
      спасибо!

Добавьте свой комментарий

(для комментирования выберите аккаунт Facebook, ВКонтакте или Google или введите имя и e‑mail ниже)

получать уведомления об ответах


«Белая грива: Дикая лошадь» - «Crin blanc: Le cheval sauvage» (реж. Альбер Ламорис, 1953)

(Бес)человечная притча о свободе, лошадях, детях и рае…
//«Белая грива: Дикая лошадь» (1953)

Альбер Ламорис – признанный гений короткого метра; до триумфального «Красного шара» он снял горький и прекрасный фильм о мальчике и коне – (бес)человечную притчу – поэму смерти (от) детских иллюзий… в чём никто и никогда не захочет себе признаться…

«Старики-разбойники» (реж. Эльдар Рязанов, 1971)

Зачем быть честным, если скоро умирать?…
//«Старики-разбойники» (1971)

Он потерял всё: работу и её смысл, семью, дом, здоровье, остроту ума… Его уже нет. Жизнь развеялась как дым — пара лет, пара месяцев, а, может, дней и всё… Да? Нет! Его бестолковость — это не порождение немощи или надвигающегося маразма — но жизнь в мудрости…

smiatenie-chuvstv-1977-pr1 - фильм (фото, кадр)

"Сама себя не похвалишь – никто тебя не похвалит". О трагедии некоммуникабельности чувств и слов…
//«Смятение чувств» (1977)

Фильм Павла Арсенова и Александра Володина в 77 своих минутах поразительно лаконично и точно разворачивает человеческий мир некоммуникабельности чувств и слов. Делает это деликатно и с, казалось, невозможной для этой “темы” теплотой, то есть так, как это не удалось сделать Антониони или Вендерсу…

«Короткое замыкание» (1986)

Прекрасное введение в проблемы ИИ и гимн человечности…
//«Короткое замыкание»(1986)

Фильм убедительно и очень-очень не скучно показывает как работает тест Тьюринга на Искусственный Интеллект (ИИ), почему он до сих пор актуален и почему его прохождение компьютерами и роботами не будет для нас определяющим…

«Нежность» (реж. Эльёр Ишмухамедов, 1966)

Человеческое сердце – всегда больное сердце…
//«Нежность» (1966)

Наше больное сердце выбрасывает нас из механичности событий и дарит счастье. Счастье узнать то, что больше всех механизмов пространства и времени вместе взятых. Счастье смотреть на весну, счастье видеть радость других и проживать его как своё. Счастье любить и видеть любовь других.
И счастье понимания чуда жизни человеком. Чуда, которое не может не быть хрупким. Самым хрупким из существующего. Которое надо беречь во что бы то ни стало. До конца, до последнего удара сердца.

«Дикая собака динго» (режиссер Юлий Карасик, 1962, СССР)

Мы – это первая яркость наших вечных чувств…
//«Дикая собака динго» (1962)

…все мы — дети, нам очень-очень хочется не забывать это, нам горько, когда пелена времени начинает скрывать первую яркость распускавшихся в нас чувств, мы раз за разом будем пытаться прожить подлинность наших первых шагов в Мир — мы всегда будем создавать истории о подлинных нас и обжигать себе сердце ими…

«The Straight Story» - «Простая история» - «История Стрейта» (реж. Дэвид Линч, 1999)

Образец приключенческого кино… //«Простая история» (Д.Линч, 1999)

Дэвид Линч снял образец кино. Захватывающее, завораживающее; полное событий, опасностей, силы героя. Фильм о движении к цели – к сокровищу – затерянному среди далеких земель и внутри тебя; о прекрасном мире и неожиданных встречах, о чуде спасения от неминуемой гибели, о бесконечном пространстве, неумолимом времени и человеческом тепле понимания.
Мастер снял фильм о передвижении старика на газонокосилке через два сельскохозяйственных штата.

«Назад в будущее» - «Back to the Future» (режиссер Роберт Земекис, продюсер Стивен Спилберг, 1985-1990)

Сладкая отрава для [вечных] подростков, или Почему невозможность путешествия во времени – это хорошо…
//«Назад в будущее» (1985‑1990)

Этот фильм любим всеми. Его невозможно не любить. Фильм — мечта «отличника» и «хорошиста» — ты получаешь всё, просто потому, что ты «учился в школе»; всё, что от тебя требуется — это продемонстрировать то, что в тебя вдолбили, на что тебя натаскали… Оказываясь в прошлом (мечтая оказаться в прошлом) — герой [мечтаний] получает подавляющее преимущество только из факта обладания своим, уже имеющимся у него, «темпоральным телом»…